Блог им. dndz топик находится в черновиках Днепродзержинские коммунальщики сами делают свалки в центре города

В левобережном районе, на перекрестке проспектов Маршала Жукова и Победы (район между кинотеатром «Мир» и Свято-Богоявленским храмом) еще перед выборами, рабочие коммунальной службы поставили ограждения. Вместо бетонных столбцов, опоясывающих газон на самом повороте, были установлены металлические заборы. Спасибо. Очень красивый теперь вид. Но, самое интересное, что в спешке работники сложили разбитые столбики в кучу и… забыли о них. Скоро месяц, как образовалась свалка. Не исключено, что туда могут нерадивые жители выбрасывать пустые бутылки, пакеты и т.п. Благо рядом киоск, где продается пиво, разные напитки, сухарики, сигареты. Вот и получается, что те, кто должен соблюдать чистоту, сами плодят свалки. Или они ждут президентских выборов?

мусор днепродзежинска

жкх днепродзежинск

мир днепродзежинск

Блог им. dndz топик находится в черновиках В Днепродзержинске существуют ничейные территории

Оказывается, что на днепродзержинских улицах существуют, так сказать, ничейные территории. Они кончно де-юре принадлежать городской громаде, но де-факто, получается, что ничьи. Судите сами. Идешь по улице Сыровца от площади Ленина, ну, например, по левой стороне. От парикмахерской «Красуня» до 1-й городской стоматологической поликлиники тротуар выложен плиточкой. А дальше яма на яме. И это за триста метров от горисполкома. Понятно, что поликлиника не частная фирма, и ее руководство власти не могут заставить выложить тротуарной плиточкой прилегающую территорию. Но сами-то отцы города понимают, что это центр Днепродзержинск, так сказать, его лицо? А значит и уход за ним должен быть соответствующим (не в обиду сказано и другим районам Днепродзержинска). Неужели нет пары машин асфальта, закатать это безобразие? Проследовав по улице, можно найти немало таких «кусочков», где между красиво выложенными плиточкой тротуарами находятся разбитые ничейные территории. Такой лунный пейзаж можно наблюдать рядом с домом № 23, а также дальше по ходу вверх.

А на левобережном первом микрорайоне по бульвару Строителей между кафе «Челентано» и «Аптекой» вообще несуразная ситауация. Плиточкой выложено все сплошь. Но вот между ступеньками, ведущими к этим объектам, есть ничейная неухоженная площадка. Ну вот никто не хочет признавать ее своей! И вместо того, чтоб завезти землю и разбить клумбу, так и зияет песочный квадратик.

А сколько еще таких ничейных территорий есть по всему Днепродзержинску!!!

Челентано Днепродзержинск

Сыровца Днепродзержинск

Сыровца Днепродзержинск

Сыровца Днепродзержинск

Сыровца Днепродзержинск

Блог им. dndz топик находится в черновиках В гостях проекта «Лица» начальник днепродзержинской баскетбольной команды "ДнепрАЗОТ" Юрий Мокиенко

ЮРИЙ МОКИЕНКО: «ПОЧЕМУ Я ЛЮБЛЮ ЦИФРУ „2“


Юрий Петрович МокиенкоЮрий Петрович Мокиенко, которого мы сегодня пригласили в проект «Лица», прошел спортивный путь с командой „ДнепрАЗОТ“ от аматорского первенства Украины до Суперлиги отечественного баскетбола.

ИМЯ ДАЛИ В ЧЕСТЬ ПЕРВОГО КОСМОНАВТА ПЛАНЕТЫ


В начале шестидесятых было модно новорожденным давать имена первых советских космонавтов.»Папа назвал меня в честь Юрия Гагарина, а младшую сестру (Валентина Цыганкова (Мокиенко), мастер спорта по художественной гимнастике. — прим. автора) — в честь Валентины Терешковой", — говорит Юрий Мокиенко. Мальчик воспитывался в семье, где царил патриархат. «Отец, Петр Назарович, был волевым человеком, — вспоминает рассказчик. — Он работал бригадиром каменщиков-огнеупорщиков на ДМК. Я вот сейчас вспоминаю, что обижался на отца по-детски, потому, что он очень жостко воспитывал меня, и понимаю как он был прав. Ведь много друзей старше и младше меня прошли через тюрьмы, половины уже нет: кто спился, кто пропал. Время такое было. Мы были дети послевоенных лет. Развлекались на пустырях и новостройках Черемушек».

Мокеенко с сестрой Валей

Маленький Юра мечтал стать водителем молоковоза. «Мы с сестрой постоянно летом пропадали у бабушки в селе, — рассказывает он. — Если дома был определенный режим, то у нее была свобода. Только покушал и бегом на улицу. Ну и конечно, куда пацанов тянет — к мужикам. А самые знаменитые тогда были шофера. Ферма рядом была, видели как молоковозы возят продукцию в город».

1975 год, пионерлагерь, Юрий в фуражке

В школе № 13 парень учился неплохо, проявляя любознательность к географии и истории. Спортом Юрий начал заниматься с младших классов. Сначала был футбол. Потом закончил гороновскую ДЮСШ № 1 уже как баскетболист. Тренировался у Александра Ивановича Кондрашова. «Тренер был для нас примером в плане поведения, — рассказывает Мокиенко. — Всегда был опрятным, что немаловажно. Никогда грубо не выражался, говорил тихо, убедительно. Был по отношению к нам честным. Я помню тот момент, когда он сказал: „Я вас уже научил всего, что я умею. Если вы хотите играть, значит занимайтесь, тренируйтесь. Играть вы будете и дальше“. Толчком в выборе дальнейшей профессии Юрия послужил случай. „Александр Иванович куда-то уезжал и попросил вместо него провести тренировку среди младших ребят, рассказав все что надо сделать. Мне так понравилась роль преподавателя, что о другой профессии уже речь и не шла“, — сказал мой собеседник.

1977 год. В тренажерном зале

»В АРМИИ ПРЕДЛАГАЛИ ПОСТУПИТЬ В РЯДЫ КПСС"


После школы Юрий поступил в Черкасский пединститут имени «300-летия воссоединения Украины с Россией», который успешно закончил. «Я учился в одной группе с будущим футболистом киевского „Динамо“ Иваном Яремчуком (в то время он играл за черкасский Днепр». — прим. автора). Хотя он фактически не посещал занятия, — рассказывает Ю.Мокиенко. — Я помню, как на экзамене подсказал Ване по химии ответ на какой-то вопрос. Но преподаватель услышала это и сказала, что раз я такой грамотный, то буду ездить все лето пересдавать экзамены. А Яремчуку сделала зачет. Когда преподаватель по анатомии делал перекличку на семинаре и говорил «Яремчук», все наперебой отвечали, что он же защищает честь страны. Но учитель говорил: «Ви мене не розумієте». Снова вопрос где он, и снова шум, поднятый в защиту Ивана. Учитель отвечает: «Мене це не цікавить» и ставит в журнале прогул. И так было на каждом этапе. Не было ни одного преподавателя, который бы давал поблажку. Вот так тогда очень серьезно относились к получению знаний в институте".

С Александром Дерипаско, школьным товарищем

Долг Родине Ю.Мокиенко отдавал в Остре, где служил в танковой дивизии мотострелком. Почти все ребята с Днепродзержинска, с которыми он учился в институте, попали в одну часть. «Нас гоняли конечно. Хотя для меня физически было не тяжело, — вспоминает Юрий Петрович. — В армии предлагали поступить в ряды КПСС. Я ведь еще со школы уже мыслил об этом. Когда я сказал отцу, что буду поступать в партию, он ответил: „Сынок, ты лучше на эти деньги, которые будешь отдавать как партийные взносы, покупай ежемесячно бутылку водки и приноси мне. Ты будешь знать, что она при деле. А так куда они пойдут, для чего — неизвестно“.

С Владимиром Журавлевым

У Юрия с армейских времен остались всего лишь несколько фотоснимков. И все… „Мне не нравилась та мышинная возня, когда ночами не спят, готовят парадную форму, дембельские фотоаольбомы, — вспоминает он. — Может если б я был младше, то этим занимался. А так как по возрасту я был старше всех своих сослуживцев, то другие мысли были. Меня ведь дома ждала молодая жена“.

Остер, служба в Советской Армии

В 1984 году отслужив аримию, Юрий Мокиенко пошел работать в общеобразовательную школу. „У меня рос маленький ребенок, надо было его как-то кормить. В спортшколе ставка была 100 рублей, а в общеобразовательной школе на 20 рублей выше, плюс можно было часов набрать. Я и пошел. Когда объявил о наборе в группу баскетбола, то приходили записываться дети, которых я перед армией набирал в группу гандбола, работая у покойного тренера Олега Мурашова“, — вспоминает Мокиенко.

ОТ АМАТОРОВ ДО ПРОФИ


С тех пор жизнь Юрия Петровича неразрывно связана с баскетболом. „Я учился многому у Геннадия Викторовича Стрельникова, — рассказывает мой собеседник. — Во-первых, он старше меня, во-вторых, человек с именем, самый титулованный баскетболист Днепродзержинска. У меня в школе был карт-бланш, в плане того, что время, которое было в зале я распределял под себя. И у меня были группы, с которыми занимался. Начали с того, что я выставил на первенство города своих 9-классников. И мы выступили довольно таки неплохо. Потом в городском первенстве играл мой второй выпуск ребят: Саша Чепига, Витя Давыденко, Стас Сокур. Никакой задачи перед командой мы не ставили. Дальше больше. Я предложил поиграть в первенстве Днепропетровска. Тогда еще играли председатель профкома “ДнепрАЗОТа» Григорий Потуремец, председатель спортклуба «Промінь» Евгений Худолеев, Валера Маренков, ряд молодых баскетболистов. Для нас всех баскетбол была отдушиной. Нам понравилось. Показалось, что если мы здесь играем нормально, то пойдем дальше. Заявили команду на первенство страны среди аматоров и дошли до четвертьфинала, став четвертыми. Аппетит пришел во время еды. А потом директор завода дал добро играть в первой лиге. Но, если с аматорами мог совмещать работу с играми, то следующий этап уже подразумевал более сложные задачи. Довелось рассчитаться с школы. Я тогда пришел к директору школы Людмиле Ивановне Сбоевой и сказал, что уже не могу дальше совмещать две работы. На что она ответила: «Очень жаль. Но если вам это нравится — идите».

1990 год команда под руководством Ю Мокиенко заняла 12 место из 24 команд в областном первенстве

Был первым тренером, потом была группа в которой мы работали с Евсевичем. Потом я стал вторым тренером. Теперь понимаю, что такое харизма. Это когда каждое твое слово, то как ты стоишь, как говоришь, как держишься, окружающие воспринимают с благоговением. Даже не надо ни с кем ссориться, ни на кого повышать голос. И они делают, потому, что чувствуют это сказано сильным человеком. У меня этого нет. Да, по первой лиге был другой уровень, еще можно было и в высшей лиге быть первым тренером. А в Суперлиге и знаний и опыта мне не хватало. Надо постоянно учиться. Я постоянно привожу пример. Тренер Суперлиги Звездан Митрович 2-3 раза в год ездит на семинары, куда приезжают учиться люди, которые выигрывали Европу со сборными командами, были призерами мировых чемпионатов, Евролиги. И он говорит, что всеравно этого ему не достаточно. Сейчас я начальник команды, второй человек в руководстве. На данный момент у меня за весь трудовой стаж было только две работы, 22 года проработал в школе № 2, потом в лицее № 2. Вот почему я люблю цифру «2».

2007-08 годы с тренером-партнером Григорием Ступенчуком

ПЛАНЫ ЕСТЬ, И НЕМАЛЕНЬКИЕ


«Когда в школе работал было больше свободного времени. Раньше все говорили, что я спокойный человек, домосед. И я знал, что именно такой, — рассуждает начальник БК „ДнепрАЗОТ“ Ю.Мокиенко. — Сейчас работа совершенно другая. Много ответственности на тебе, много решений нужно принимать самому. Я не могу даже отключить во время отпуска телефон. А недавно меня избрали президентом городской Федерации баскетбола. Планы есть и немаленькие, но все упирается в финансы».

Юрий Петрович Мокиенко любитель эзотерической литературы, психологии, философии. «Я верю, что над нами что-то есть. Пусть это называют Богом или еще как-нибудь, но что-то существует, — философски ответил на мой вопрос верит ли он во Всевышнего. „Смотрю в основном исторические фильмы, в которых идет борьба преодоления самого себя, — продолжает рассказывать Ю.Мокиенко о своих увлечениях. — Музыку предпочитаю советскую. Обожаю группу “Воскресенье» с Никольским, я люблю там каждую песню. Слушаю песни Кузьмина, Высоцкого. Уважаю Розенбаума. Это мужик! Играю в шахматы, настольный теннис. Я доволен своей судьбой на сегодняшний день. Только одно волнует, чтоб здоровье было у родных хорошее".

ДОСЬЕ
Мокиенко Юрий Петрович, тренер по баскетболу.
Родился — 15 января 1963 г. в Днепродзержинске.
Начальник БК «ДнепрАЗОТ».
Женат. Дочь Анастасия учится в институте.
Рост — 183 см.
Вес — 100 кг.
Размер обуви — 45.

Блог им. 1st топик находится в черновиках Романов остров и Романов курган

Самые первые упоминания географической лексики современного Днепродзержинска, которые зафиксированы в источниках, касающихся местности, на которой возникло с. Романково. «Опускаясь далее, в низовье реки, вы встречающете Романов, большой холм, на котором иногда собираются казаки, чтобы провести свой совет и собрать войско. Это место очень красивое и удобное для постройки города, — писал известный французский инженер и картограф Гийом Левасер де Боплан, который в течение 1620-1637 гг состоял на службе у польского короля Сигизмунда и в 1620-х гг путешествовал по Днепру, подыскивая место выше порогов для сооружения крепости. — Чуть ниже лежит остров, имеющий полмили длиной и 150 шагов в ширину; весной он заливается талыми водами. Остров также называется Романов. Здесь собирается множество рыбаков, которые прибывают из Киева и других близлежащих городов. За островом река разливается во всю ширину, ни одна преграда не стоит больше на ее течении, ничто не мешает ее течению. Поэтому татары переходят ее именно в этом месте, не боясь засад, которые обычно угрожают им в северной части острова». Приведенные Г. Бопланом топонимы касаются Романового кургана и Романа (Великого) острова, затопленного во время строительства Днепродзержинской ГЭС. С юга остров был песчаным, поросший лозняком, а с севера — покрыт высокими деревьями, между которыми было удобно ставить шалаши для временного проживания. Во время весеннего разлива Днепра затапливалась лишь южная часть острова, а северная — высокая и крутая, оставалась сухой. Весной здесь можно было заготовить множество дичи, поскольку Романов остров находился в центре птичьих миграций во время их возвращения из южных краев. Два озера — Круглое и Долгое, которые простирались в центре Романового острова, ряд мелких озер, которые каждый раз оставались от весеннего паводка, и прежде всего, чистая и прозрачная главная артерия края-Днепр, были источниками снабжения питьевой водой.

Благодаря удобному географическому расположению, этот остров издавна был традиционным местом рыбацких промыслов. Прибывшие уходники устраивали здесь гарды и ловили рыбу. Затем вялили, сушили, солили и вывозили на ярмарки в соседние регионы. На-конце XVII в. на Романовом острове, который тогда принадлежал Лубенскому Мгарскому Спасо-Преображенскому мужскому монастырю, находился монастырский состояние для рыбных ловив. Рыболовство давало монахам распространенный в то время в Украине продукт питания — рыбу, оставаясь основным источником доходов. С этого промысла иноки питались, одевались, обувались и покупали необходимые товары. Романов остров или Самусийка, как его стали называть позже, оставался любимым пристанищем местных рыбаков и охотников до начала Днепродзержинской ГЭС, во время которого он был затоплен. До последнего там находилось заброшенное здание бакенщиков — потомков казацких перевозчиков, рыболовов, обитавших на острове.

Схема Днепра в районе Романового острова
Схема Днепра в районе Романового острова. Рисунок Кузнецова, 2009 г.

Отделенный от правого берега заливом Старица, с отмелями, благодаря которым вброд легко можно было добраться к суше, остров издавна служил местом для перевоза на левый берег Днепра, где русло реки было не очень глубокое (до ее середины там на поверхность выходили каменные лавы) и сужалось. На левом берегу Днепра часто появлялись татарские кочевья, поэтому нужно было внимательно следить, чтобы не попасть в плен.

Расположенный напротив Романа острова Романов курган (или холм, холм, могила) был хорошо известен запорожским казакам как традиционное место общевойсковых советов. Известно, что в марте 1659 на Романовом кургане состоялась общевойсковой совет под руководством назначенного гетмана Ивана Беспалого, на котором приняли решение об учреждении четвертой по счету сечевой церкви Святого Покрова, ниже современного Никополя на реке Чертомлык.

Д. И. Яворницкий писал: «Во всем Романково нет лучшего и нет красивее места, чем место, где стоят названные курганы… Что за картина была здесь во время совета, можно только представлять себе, — чистое, безоблачное небо, свободная, бескрайняя степь, широкий, синеватый оттенок Днепр. Мужественные загорелые лица, роскошные усы, длинные чубы, бритые головы, красные спины, блестящие сабли, булавы, перначи, бунчуки. Свободная речь, говор, смех, — все это сливалось в одну общую, живу, полную и, в своем роде, единую картину...». Но запорожцы облюбовали эти места не только ради красивых видов, а прежде всего за возможность маневрирования: в случае опасности хорошо налаженной переправой легко можно было перебраться на противоположный берег Днепра. Местность вокруг кургана называлась Воздушной, от легких конных отрядов, которые охраняли совет и следили брод через Старицу, ведущий к Романову острову.

Где же находился тот славный курган, в свое время произведший большое впечатление на раба польского короля Гийома де Боплана? Еще век назад его хорошо было видно даже из соседних поселков, а впоследствии разрушительные дождевые и грунтовые воды размыли его на целых двенадцать холмов, стояли правильным кругом с небольшой площадью внутри. Границы всех двенадцати холмов были досконально изучены и описаны Романковским краеведом, светлой памяти Федором Сокуренко. Они начинались современными улицами Артема и Циолковского г. Днепродзержинска, тянулись вниз к улице Цветов и заводу продтоваров, затем вверх к средней школе № 28 (или «Левады», как называлась та местность ранее) и снова вниз к улице Морской и заканчивались на улице Декабристов. Впоследствии на каждом из холмов были установлены ветряки, поэтому они получили собственные названия по фамилии мельников. Как писал Ф. Сокуренко, в начале 1930-х гг на холмах стояли ветряки Степана Салмая, Фандиив (Матрос), Митилив (Рудь), Чорненка, Аноив, Самсонов, Бережного, Романа.

Вид Романового кургана со стороны Песков.
Вид Романового кургана со стороны Песков. Конец XIX века.

Тот факт, что запорожские казаки проводили на этих землях общевойсковые советы, является побочным свидетельством о существовании у Романова кургана укрепленного перевалочного пункта, в котором можно было найти питьевую воду, продовольствие, свежих коней. «На Романовом курга-не… они [черкасские казаки-прим, автора] жили свободно и безопасно, часто большими ватагами сходились и съезжались на эти места для общих советов и совещаний, день открытого моления и богослужения; здесь казаки были сильными и крепкими; в неоднократных стычках легко били и побеждали татаров, даже в огромных массах», — писал в 1876 г. епископ Екатеринославский Феодосий Макаревский, исследовавший архивные документы и исторические памятники края. Другой известный исследователь запорожского казачества М. Слабченко считал, что Романово и Романов курган имели значение фобургив (с французского — не настоящий город, пригород) — небольшого укрепленного городка, обнесенного рвами и усиленного вынесенными вперед охранными бекетами. Местечковое устройство Вольностей исследователь связывал с господством сечевого права. Итак, начало постоянного проживания населения у Романова кургана датируются как минимум второй половиной XVII в.

Пикет на острове
Пикет на острове. Рисунок и литография Н. Брезе, 1858 г.

Источник: Наталия Буланова, «Камянские этюды в стиле ретро», 2009 год
  • 0
  • 20 ноября 2011, 22:14
  • 1st
  • 2

Блог им. 1st топик находится в черновиках Запорожец в... подтяжках

Провинциальный городок (а по официальному статусу — село), которым было Камянское до революции, не часто баловали своим вниманием заезжие театральные труппы. Летом 1913 года Камянское посетила популярная в провинции украинская труппа Павла Васильевича Прохоровича. 15 и 16 июня в помещении народной аудитории актеры ставили классические произведения украинской драматургии «Запорожца за Дунаем» и «Наталку Полтавку». Эти спектакли всегда имели успех. В ту пору, когда не существовало еще ни радио, ни телевидение, театр вместе с кино оставался едва ли не единственным массовым художественным зрелищем. И поскольку профессиональной (в современном понимании) трупы в Камянском не было, этот пробел долгое время заполняли любители-камянчане, имевшие тягу и талант выступать на театральной сцене. Вспомним некоторые постановки украинского любительского кружка.

Украинский театр в Камянском имел колоссальный успех у зрителя. «Местные любители малороссийского искусства, — писал один из их сторонников весной 1915 года, — уже зарекомендовали себя как хорошие сценические исполнители, которые серьезно относятся к театральному искусству… Ведь не так легко при тех ограниченных бутафорских, декоративных и других средствах, которые имеют здесь любители, провести более или менее в соответствии с требованиями искусства ставлений спектакль».

Чем же привлекал зрителя украинский театр? Кстати, хороший знаток тогдашней провинциальной сцены Юрий Смолич так сопоставлял украинский театр тех времен с современным ему психологическим европейским:

«Он шел будто совсем другими путями, — делился впечатлениями юности писатель, — и в сюжетах пьес, и в трактовке человеческих образов, и в манере актерского исполнения, и во всех аксессуарах. Был он слишком «театральный» театр-направленный на массовое восприятие, а не на камерность ...». Такая оценка, наверное, будет полностью соответствовать и направлению, которого придерживалась любительская труппа, которая действовала в Камянском. Сельскую публику завораживал сюжетные чувствами пьессы, этнографическая красочность песен, танцев, одежды, элементов быта, без чего нельзя представить себе тогдашний репертуар украинского театра.
Сдружила нас любовь к украинской песне, — вспоминала через много лет Надежда Гавриловна Алимова, которая вместе со старшей сестрой Еленой была участницей тех первых украинских спектаклей в Камянском. — На песню хранилище дались соседи, и тогда замечательные украинские песни выливались и на улице… Так постепенно сложилась группа единомышленников, любителей пения. Рабочий механического цеха Алексей Иванович Ястребцов с женой Анастасией Степановной, Лопатецкий-Наполеон Иосифович и жена Ефросинья Ильинична, супруги Лобковы с детьми, Алимов — Гаврила Васильевич и Татьяна Филипповна, Кожушко с двумя сыновьями, супругов Потоцких, трое братьев Щепакиных создали ядро самодеятельной украинской трупы.

Начали любители с хоровых песен. Почувствовав силы, перешли к постановке популярных драматических произведений, где было много песен и танцев. Голоса исполнители имели прекрасные, хватало и энтузиазма. Хотя профессионального режиссера не имели, с постановкой спектаклей успешно справились свои же любители — Ястребцов и Лопатецкая. В условиях, когда царский режим не позволял в Камянском деятельности даже невинной «Просвиты», украинские спектакли оставались единственным проявлением национальной жизни. Потому спектакли имели большой успех у зрителя. Елизавета Сергеевна Лобко вспоминала горячий прием спектакля «Назар Стодоля», Надежда Гавриловна Алимова с сестрой Еленой Гавриловной-об успехах спектакля «Ой не ходи, Григорий», в которых они участвовали. С успехом ставили «Цыганку Азу», «Наталку Полтавку», пьесы Карпенко-Карого.

Камянчане полюбили свой театр. Некоторые спектакли приходилось делать платными, чтобы приобрести костюмы, изготовить декорации. Занимались благотворительностью — помогали семьям солдат первой мировой войны, бедным односельчанам. Порой на волах ездили со спектаклями в соседние села. Благодаря основателям драматической труппы Сергею Матвеевичу лобке и Петру Федоровичу Щепакину в Камянском зазвенели бандуры. Год позже, под руководством Михаила Сергеевича Лобка, который мальчиком вместе с отцом вышел на сцену в спектакле «Суета», капелла стала заслуженной капеллой бандуристов Украины, а ее руководитель-заслуженным артистом республики. Сергей Гаврилович Алимов проявил себя талантливым режиссером самодеятельных спектаклей, активным участником и организатором художественной самодеятельности. В народном театре металлургов активно выступали три поколения Лопатецких во главе с Наполеоном Иосифовичем. Таким мощным был толчок, данный любителями при самом начале XX века.

Вновь вернемся к репертуару 1910-х годов. Какие же представления предлагали камянчанам любители? В 1913 году большим успехом пользовалась пьеса Людмилы Старицкой-Черняховской «Гетьман Дорошенко». Долгое время эту пьесу считали националистической (после того как автора судили 1930 неправедным судом по делу «Союза освобождения Украины»), но недавно «Ге
тьмана Дорошенко» переиздана в Киеве, и мы увидели, какой это величественный, шекспировского размаха произведение. С интересом шел зритель 1913 года и на «Гайда-мака Гаркушу».

В этой пьесе рассказывалось о некоем украинском Робин Гуде или Ри-Нальди Ринальдини — благородного разбойника. Семен Гаркуша — историческая личность, предводитель крестьянского движения на Украине во второй половине XVIII века. С малолетства он испытал голод, лишения, помещичьий произвол. Поэтому еще ребенком вместе с чумаками покинул дом и странствовал Украины. В 1756 году появился он на Запорожской Сечи. Участвовал в русско-турецкой войне, был ранен под Хаджибеем. После выздоровления возглавил отряд из крепостных-беглецов и стал нападать на богатые украинские хутора. Не раз арестовывали его, и он каждый раз удирал. В 1784-м его схватили в третий раз и послали на пожизненные каторжные работы в Херсон, где он, наверное, и погиб. В Украине о гайдамаке Гаркуше было сложено немало преданий и легенд, в которых он изображался защитником простого народа, изобретательным и отважным мстителем. Многие писатели обращались к его образу, начиная с украинского и русского писателя Василия Нарижного, предшественника Г обнажу.

А в 1915 году камянчане смотрели «Волшебный путь» Третьякова и «Борцов за мечты» Тогобочного. Эти забытые ныне авторы имели значительный успех у современников. Следующего, 1916 года на местной сцене шли «Месть жидовки» Козич-Уманской, «Облако» Суходольского, «краденая воля» Третьякова, «Еврейка-вихрестка» Тогобочного.

В апреле 1915 года в помещении заводской аудитории любители поставили хорошо известную и современному зрителю драму М. Старицкого «Ой не ходи, Григорий, да и на вечерницы». В этом спектакле впервые выступила в главной роли Маруси одаренная певица Мария Трофимовна Горошко, наделенная, кроме хорошего голоса (меццо-сопрано), еще и музыкальным и драматическим дарованием. По оценке современников она, «дала типичную Марусю: гордую, страстно любящую, наивную и правдивую».

Провинциальная публика в те времена ходила в театр «в приподнятом и торжественном душевном состоянии-будто в церковь», впрочем, так и называя тогда театр — «храмом искусства». Дебют М.Т. Горошко произвел на зрителей хорошее впечатление: «Гибкая, живая, впечатлительная, она обладает превосходной красноречивым мимикой и сочным, свежим голосом с прекрасной вибрацией в высоких нотах. В той игре слышалось немало недосказанного...» Партнерами М.Т. Горошко выступили любители Кожушко (Гриша) и Ястребцов (Хома) и другие. В спектакле был задеяний хор, правда, с недостаточным количеством теноров. В целом спектакль прошел удачно и многочисленная публика, наполнила аудиторию, осталась довольна, долго и горячо аплодируя искусству любителей.

Еще одна пьеса М. Старицкого — «Невольник» — шла на Камянской сцене в январе 1916 года. С этой постановкой тесно связано несколько интересных курьезов. Упоминавшийся любитель Кожушко неплохо справился с порученной ему сложной ролью. Но вот во втором акте он, как запорожец, отправляется в военный поход… без ружья. Такая трогательная сцена и вдруг такой пассаж: едет казак на войнушку, а оружие оставляет дома. А случилось так потому, что винтовка системы «Бердан», которой хотели в последний момент оснастить актера, конечно же в руках казака была неуместной…

Не обошлось без промаха и в четвертом акте, где одна деталь свела на нет всю сцену. Представьте себе такую удручающую картину. Тюрьма. Казаки, истощенные неволей, закованные в кандалы, томятся в каменном мешке. Из-за кулис появляется их товарищ, такой же запорожец, как и они, отчаянный рубака, сын своей эпохи, но… в подтяжках. Казак вышел, таким образом, модернизированный. И на сцене он все время пытался стоять так, чтобы все видели его и его подтяжки. Поэтому, как видим, были среди молодых камянчан любители пощеголять подтяжками еще в 1916 году. А мы думали это выходка моды нашего времени…

Неизменной популярностью на Камянской любительской сцене пользовались и спектакли по произведениям Николая Гоголя. 24 мая 1915 в заводской аудитории с успехом прошла комедия «Сорочинская ярмарка», в основу которой было положено знаменитое произведение Гоголя. Постановку осуществил режиссер украинского любительского кружка Ястребцовых, роли исполняли Щепакин, Потоцкий, Чернявская, Лопатецкая, супруги Кожушков, ы супруги Ястребцовы. Прибыль от спектакля пошел на пользу семей тех камянчан, воевавших на фронтах первой мировой войны.

Еще одной попыткой обратиться к творчеству Гоголя была постановка в феврале 1916 года трехактная пьеса «Майская ночь» малоизвестного драматурга Устенко-Гармаша. Автор заимствовал сюжет пьесы из одноименного произведения Гоголя. Однако переработка повести была неудачной, из-за чего и спектакль значительного успеха не имел.

Говоря о театре, трудно удержаться от того, чтобы не представить и камянскаго зрителя той поры. Наверное, будет представлять интерес эта зарисовка с натуры, датированная 1912 годом:
«Возьмите Народную аудиторию. Сооружение хорошая, оборудование сцены неплохое, есть и читальня, и чайная, и оркестр играет. Одним словом, все есть, а, сказать откровенно, зайдешь и вместо удовольствия нервы попортишь. Начнем с того, что многие занимает чужие места, через которые во время самой спектакля публика поднимает шум. Акустические условия и так неважные, а тут еще в дополнение разные разговоры, хихиканье и даже беготня мальчиков. Конечно, вы ничего не слышите, волнуетесь. Наконец антракт. Ну, толкотня и суматоха — это уже везде бывает, но, конечно, в меньших масштабах: у нас они особенные. Заходите к чайной, она же и комната для курения. Здесь тоже перед вашими глазами возникает картинка не очень веселая. Рой мальчишек с сигаретами в зубах стоят, сидят-иногда даже на столах, толкаются, ругаются. Ну, вот вам и удовольствия… »

Возможно, автор немного и сгустил краски, но в целом атмосфера времени передана довольно сочно.

То лишь кажется, что любительские спектакли — настоящее наслаждение для любителей. На самом деле это — нелегкий труд. Недаром в переписке Леси Украинки наталкиваемся на такое признание: «Ведь то известно, что худшей каторги нет, как утверждение всяких спектаклей ...»

Театр в конце XX века в Днепродзержинске - народная аудитория в прошлом
Театр в конце XX века в Днепродзержинске — народная аудитория в прошлом

Блог им. 1st топик находится в черновиках Магия народной песни

Ранней весной 1913 Камянское облетела весть о предстоящем выступлении в зале народной аудитории Днепровского завода певческой капеллы под управлением Юрия Агренева-Славянского. Юрий Дмитриевич, который умрет в 1918 году, был сыном прославленного народного певца, дирижера и собирателя народных песен Дмитрия Александровича Агренева-Славянского (1836-1908). Итак, это была одаренная семья русских музыкантов, которые помогли и украинском национальном искусству.

Дмитрий Александрович получал образование в Москве, Петербурге, Милане. В Праге он организовал в 1867 г. мужской вокальный октет — Общество славянских певцов. В следующем году создал смешанный хор «Славянская капелла», который начинался с 25 человек и разросся до 150-ти. Этот хор исполнял народные, в том числе украинские песни, произведения Березовского, Бортнянского. И еще одно незабываемое событие — в одном из концертов Агренева-Славянского в Праге 1867 дебютировал как пианист основоположник украинской классической музыки Николай Лысенко. А еще Дмитрий Агренев-Славянский был инициатором сооружения в Киеве на собственные средства «Славянского двора», который должен стать центром славянской музыкальной культуры. К сожалению, этот проект так и не был осуществлен.

С энтузиазмом встречали выступления хора за границей. Это был первый полный хор из России, который в ноябре 1869 года давал концерты в Нью-Йорке и других американских городах. «Янки слушали хоровые песни великорусские, малороссийские и нашу «Херувимскую» Бортнянского с напряженным, полным вниманием; щедро и искренне аплодировали после каждой партии… На следующий день лучшая нью-йоркская газета «Нью-Йорк Трибюн», разбирая концерт русского хора, высказала такое мнение: «Императорские певцы имеют право гордиться; российские хоровые песни замечательные; полнота чувств, духа и сердца при благородстве мыслей, дают полное удовлетворение, вы слушаете эти песни с чистой радостью ...».

После смерти Дмитрия Александровича летом 1908 года (это произошло в Болгарии, а похоронен он в Ялте) произошло разделение капеллы на два коллектива. Одним руководил сын певца Юрий Дмитриевич, вторым-дочь Маргарита Дмитриевна, под управлением которой хор выступал до 1922 года. Камянчанам посчастливилось услышать коллектив, руководимый Юрием Дмитриевичем.

Заводской клуб Днепровского завода в КамянскомКапелла состояла из малолетних и взрослых певцов и певиц, одетых в роскошные боярские костюмы
XVI-XVII веков. Количественно небольшой хор имел достаточно хорошие голоса. «Находясь в руках опытного дирижера, (хор) произвел на слушателей симпатичное впечатление, а порой приводил в восторг», — писала 7 марта 1913 местная газета «Отклик жизни». Величественно звучали в зале в тот вечер украинские народные песни.

Камянчане слушали фантазию на украинские темы для хора, а капелла «Бандура» украинского композитора Григория Давыдовского (1866 — 1952). Уроженец Сумщины Давыдовский был также хоровым дирижером. Выпускник Петербургской консерватории, он четыре года руководил ее хором (в России издавна ценили украинских музыкантов).

Григорий ДавыдовскийГригорий Митрофанович организовал четыре десятка хоровых капелл, обработал ряд народных песен. Ему принадлежат хоровые сюиты-фантазии «Бандура», «Кубань», «Венок из украинских народных песен», другие произведения.

Упомянутая фантазия «Бандура» Давыдовского пользовалась значительным успехом, постоянно переиздавалась. Где 1910 эта фантазия «свободного художника гр. Давыдовского» выходила в Ростове уже третьим изданием, как сообщал киевский журнал «Свет» (январь 1911). С записанных им на Черниговщине песен композитор и сделал свою хоровую фантазию. Произведения эти были очень разные. Среди них — песни о любви («Взял бы я бандуру», «Ехал казак за Дунай», «В чарах любви»), исторические («Собрались все бурлаки»), юмористические («Ой, лопнул обруч», «Девка в сенях стояла», «Стелись, барвинка»). В исполнении хора Агренева-Славянского камянчане услышали четырнадцать песен фантазии «Бандура». Особенно удачно были выполнены такие — «Катерина, вражья мать, что ты наделала...»,«Ехал казак за Дунай», «Стелись, барвинка» и «Покидаю тебя Богу». В последней под аккомпанемент хора бас пел соло «красиво и мощно».

Хористы порадовали слушателей и новинками репертуара. Любители музыки услышали хоровую сюиту-фантазию тому же Давыдовского «Кобза». Хор Агренова-Славянского подражал звуки популярного украинского музыкального инструмента. Публика отдала должное исполнителям — пение было очень удачным, хористы вызвали гром аплодисментов.

В первом отделе хор исполнил болгарский, сербский и черногорский национальные гимны. Почему гимны именно этих стран? Объяснение тут простое. Продолжалась Первая Балканская война, в ходе которой Болгария, Сербия, Греция и Черногория воевали с Турцией. За несколько месяцев Турция терпит поражение, потеряв почти все свои европейские владения, кроме Стамбула и небольшой части Восточной Фракии. Поэтому как только в аудитории Днепровского завода раздались звуки болгарского гимна, все собравшиеся поднялись со своих мест и стоя прослушали все три гимны. К тому, чтобы публично прозвучал в Камянском украинский национальный гимн «Ще не вмерла Украина», оставалось четыре года…

Блог им. 1st топик находится в черновиках Вдохновение слова Кобзаря

Тарас ШевченкоТворчество Тараса Шевченко всегда находила отклик в сердцах камянчан. В свое время киевская газета «Рада» опубликовала заметку под названием «Деньги, собранные среди рабочих Днепровского завода в день 100-й годовщины рождения гениального народного поэта Т.Г. Шевченко и назначены на памятник ему в Киеве». В заметке — фамилии камянских рабочих и их скромные пожертвования, сэкономленные из небогатых заработков. И пусть сумма была совсем небольшой — пять рублей или сорок копеек, и, как говорится, не деньгами измеряется любовь и уважение к национальному пророку.

В том году в стране и далеко за ее пределами широко отмечался 100-летний юбилей со дня рождения Тараса Шевченко. Царское правительство запретило отмечать юбилей, потому что боялось публичного проявления любви украинского народа к своему крупнейшему поэту. Поэтому вопрос о правительственном запрете чествования памяти Шевченко приобрело важное политическое значение. Несколько дней он обсуждался в Государственной думе. Под давлением общественности отдельные официальные учреждения вынуждены были согласиться на праздновании юбилея поэта.
В день 100-летия со дня рождения Кобзаря 25 февраля 1914 (по новому стилю это 9 марта) Камянское российское музыкально-певческое общество тоже собиралось почтить память Тараса Шевченко. Должен был быть вечер памяти поэта, который состоял бы из спектакля «Назар Стодоля» и концертного отделения. И местный исправник решительно отказался подписать афишу и не позволил никакого представления.

Единственной завершенной пьессой Тараса Шевченко, как известно, является «Назар Стодоля». Образы этого произведения были новыми не только в творчестве Кобзаря, но и во всей украинской литературе XIX века. Пьеса постоянно входила в течение второй половины XIX-начала XX века в репертуар практически всех украинских трупп. Ее ставили как профессионалы, так и любители многих городов России, Закавказья, Прибалтики, Средней Азии. По воспоминаниям корифеев украинского театра Марка Кропивницкого, Ивана Карпенко-Карого, Николая Садовского, стоит переоценить значение «Назара Стодоли» в формировании украинского национального театра.
Не могли не обратиться к «Назару Стодоли» и любители театра с Камянского. Одна из первых постановок относится где-то к 1907 году. Однако больше сведений имеется о постановке 1915 г. Осенью того года камянчане узнали из местной газеты о том, что «в ближайшее время местными малороссийскими любительскими сценическими силами с участием М.Т. Горошко будет поставлена пьеса «Назар Стодоля», произведение корифея украинской музы Тараса Шевченко».

В то время в Камянском мирно сосуществовали украинский, польский, русский театральные кружки. Конкуренция между ними была творческой, а в выигрыше был зритель, который должен из чего выбирать. «Администрация Днепровского завода предусматривает вскоре расширить заводскую аудиторию, — сообщала в декабре 1910 года екатеринославская «Южная заря», — будут постелены балкон, ложи и увеличена сцена. Это тем приятнее, что заводская аудитория является единственным местом, где рабочий и разнорабочий-обыватель могут отвести душу по-человечески. Здесь ставят спектакли драматическая труппа Нечая и кружок местных любителей «Зхо»; бывают концерты, вечера, чтения. Печально только, что зал для зрителей, безупречная изяществом отделки, может вместить теперь не более 500 человек; желающих же попасть сюда бывает порой так много, что половина приходится возвращаться ни с чем… »

Фасад театра в Камянском в Шевченковские дни, 1942 гО, благословенные времена, когда театр был властителем дум! А цены? Плата за места была до сих пор строго нормированная заводом в интересах рабочей публики, писала та же газета ЗО декабря 1910 года, — от 10 до 50 копеек, не больше. Полный сбор составлял около 150 рублей за вечер. До украинского кружка, руководимого Ястребцовым, входили любители сцены Щипакин, Потоцкий, Ястребцова, Володина, Алимова, Чернявская, Кожушко, Лопатецкая, Лобко и другие. Камянских любителей в «Назаре Сгодоли» привлекли правда, выведенных Шевченко характеров. А еще-фольклорные мотивы, картины этнографии и быта украинского. Эти мотивы и картины проявляло дух народной жизни, исторический колорит изображаемой эпохи.

Тарас Шевченко в соответствии с народными обычаями и обрядами ввел в композиционно-сюжетную основу «Назара Стодоли» сцены сватовства и украинских вечерниц.

Автором музыкальной картины «Вечерницы» к драме Шевченко был украинский композитор Петр Нищинский. «Вечерницы» считаются одним из высших достижений тогдашней украинской хоровой музыки. Написанные в 1875 году, «Вечерницы» тогда же были поставлены елисаветградский артистическим кружком, пользовались большой популярностью. С большим интересом ждали камянчане постановки «Назара Стодоли», узнав накануне, что «во 2-м акте с участием любительского хора под управлением бывшего регента заводской церкви И.В. Новикова и заводского оркестра под руководством Б.Г. Радзиминского пойдут «Вечерницы», муз. Нищинского ».

Интерес камянчан к спектаклю 1915 года был вызван и тем, что «пьеса «Назар Стодоля», учитывая крайне тяжелую и сложную постановку не шла на сцене нашего театра уже более восьми лет, а если и шла раньше, то без «вечерниц», постановка которых требует немало времени, труда и энергии».

И вот 18 октября 1915 жители Камянского спешили на встречу с произведением Кобзарева. Рабочие и служащие, гимназисты и крестьяне (Камянское же тогда официально считалось селом, и сельская община была значительной) сочувствовали Назару Стодоли и Гали, дочери сотника Хомы Кичатого. Забывалось, что где-то гремит первая мировая война. А ее дыхание ощущалось в большом количестве беглецов, пострадавших от военных действий, которых судьба занесла в Камянское. Зрители переносились из XX в далекие XVII века, в казацкую слободу возле Чигирина, в ночь на Рождество, когда в пьесе происходит действие.

Спектакль «Назар Стодоля» на сцене заводской аудитории прошла с большим материальным успехом. Зал аудитории был полон. Выручка от спектакля составляла 174 рубля. Эти средства пошли на пользу семей воинов, которых царизм послал на фронты первой мировой.

И следующий, 1916-го года зрители могли смотреть эту вещь. Это свидетельствует об успехе «Назар Стодоля». Особенно тепло воспринимались «Вечерницы». Так, в воскресенье, 31 января 1916 любители поставили в народной аудитории «Краденую волю» Трет-Якова. А в заключение был показан второй акт из «Назара Стодоли» — «Вечерницы».

Блог им. 1st топик находится в черновиках КИНО наших бабушек

Реклама фирмы "Пате"Этот факт уже стал историческим курьезом. После первого же публичного показа фильмов в «Гранд кафе» на бульваре Капуцинов в Париже несколько предприимчивых кинооператоров изъявили желание продемонстрировать всему миру «сенсационную новость». Один из изобретателей кино Опосг Люмьер скептически заметил на это: «Будущее не принадлежит кино. Удобнее всего его показывать на ярмарках. Могу вас ангажировать на полгода, максимум на год». Как видим, сам изобретатель кино и не предполагал, что со временем «иллюзион» станет мощным орудием культурного развития человечества, распространять не только знания, но и идеи, формировать общественнополитическое мнение.

Однако первые «Иллюзионы», «синематографы» и всякие «биографы», как называли тогда кино, вырастали все-таки при базарах и ярмарках. Именно здесь ловкие антрепренеры сооружали большие деревянные балаганы, куда неустанно доносился отовсюду люд.

Интересно, что камянские кинематографы при чрезвычайных обстоятельствах могли использоваться и отнюдь не по прямому назначению. Вот пример. Весной 1917 года в городе ждали большого разлива Днепра. Дело было вскоре после Февральской революции и уже действовал Камянский временный исполнительный комитет. Так вот этот комитет поставил в известность местных владельцев кинематографов — к тому времени еще не национализированных — и общественных учреждений, что «согласно извещения губернского комиссара такие помещения будут реквизированы, если они понадобятся во время ожидаемого наводнения».

В.Гардин в роли Наполеона в фильме "Война и мир", 1915Один из первых кинозалов (слова «кинотеатр» тогда не существовало) открылся в Каменском при «электро-театре «Модерн». Это за ним уже в 1912 году закрепилась слава не «единого места в Камянском, где вы за небольшую плату получаете вполне приличное удовольствие». Хватало публики и в другом местном электротеатре, который назывался «Аполло». Немалые прибыли давал своим владельцам Бучневу и Козицкому третий Камянский биограф-«Художественный театр». Сногсшибательный успех кинематографов заставил местных театралов в феврале 1913 года сделать такое признание: «Чувствительности и любви к театру мало. Фантастические картинки биографа поглотили весь интерес нашего обывателя и театру он уделяет мало внимания ».

Но в тогдашнем театре модой нередко заправляли символисты. Их произведения для «простого народа» были сложной и непонятной материей, ребусами, которые невозможно разгадать. Рабочий, ремесленник, домохозяйка или мелкий чиновник стеснялись сказать: не понимаю того или иного «творения», им было неудобно показать свою «необразованность».

Другое дело — кино, где можно было свободно (и категорически) высказать свое мнение: нравится-не нравится. Поэтому публике в Камянских кинозалах были ближе человеческие чувства и страсти: стремление к любви, красоте, счастью, веселью, такие понятия, как гордость, рыцарство, страдания, бунт. Кино утоляли неутолимую жажду познания и развлечений «маленького человека», становилось своеобразным целлулоидным допингом для кратковременного эмоционального возбуждения, для отрыва от будничной прозы жизни заштатного городка.

Экран превращался в клетчатое и интересное зрелище, где массы находили в виде компенсации за однообразную жизнь искушения и грехи, экзотику и роскошь, смешное и жестокое, кокетливых женщин, изящных кавалеров, очаровательных детишек, шикарные автомобили, лошадей с лихими всадниками, а вдобавок — кучу сведений о светских сенсации, модные прически, туалеты… И, конечно же, для рекламы первых фильмов большое значение имели интригующие заголовки. Январь 1913. В «Аполло» в то время демонстрировалась «новая программа картин», в которую входили «роскошная драма «Обнаженные сердца», комическая картина «Макс и Дик», в «Модерн» шла «нашумевшая драма «Секрет производства», а в Художественном театре — «злободневная драма «Накануне балканского пожара или Австрийская шпионка» и комическая картина «Похищение на гидроплане». Кстати, фильм «Фантомас» по роману Пьера Сувестра впервые прошел на экранах Каменянского еще в мае 1913 года.

Афиша кинотеатраПосле очередной замены, а программы менялись каждые три — четыре дня, экраны местных биографов заполонили новые «сенсационные» драмы — «Смерть отмечает победу», «Девушка без отечества», «Помни о смерти», «В тумане жизни»… Зато познавательную функцию выполняли так называемые «видовые» картины-«Ривьера», «Бой быков в Испании», «Охота на обезьян», а также регулярные выпуски «Патежурнала» (с его девизом «Патежурнал» все видит, все знает! »), «Еклержурнала», «Хроники Гомон» (Гомон-могучий французский кинопромышленник, вынужден вследствие первой мировой войны продать свои лаборатории и фабрику кинопленки американцам). Экран выводил от скучной повседневности в блестящий мир, полный иллюзорных надежд, радости и грез.

Росли доходы владельцев Камянских биографов, но удобства для зрителей были минимальными. Вот как описывал один из современников электротеатр «Аполло» накануне первой мировой войны:

«Странные порядки однако творятся в этом биографии. Билеты продают без счета, и пришлось весь сеанс простоять на ногах у стены. Все места были заняты.

… В антракте напустили еще публики и оставили ей самой устраиваться. Поднялся шум, недовольство, крик. Каждый требовал себе места, не находя нигде свободного стула. Наконец, многие, найдя своих знакомых, из сострадания этих последних, уселись на коленях к ним.
Вот где удобство для «небезразличных парочек», — с иронией замечает автор.
Вот где можно встречаться и назначать свидания! В «Аполло».

… Чтобы не видеть таких непорядков и не краснеть за них, администрация благоразумно выключает свет в антрактах, и публика толчется в темноте, бросается из прохода в проход и ругается в полный голос. Девизом «Аполло» начертано: — Билет бери, а потом тигр тебя дери! То есть хочешь смотреть наши грандиозные, небывалые в мире, трехсоттысячеметровые картины, пожалуйста, вход открыт, а уже за остальные не ручаемся, придется увидеть через толчею и непорядок!

… Зал для зрителей представляет собой некое убожество, беспомощность. Грязные обои во многих местах оторваны и висят лохмотьями, во многих местах отклеились… Это уже слишком «нероскошные отделки», — завершает свои наблюдения автор.

Не очень отличались от «Аполло» и другие камянские биографы, находившиеся в руках частных владельцев. Но интерес к новорожденному седьмого искусства был так велик, что существующие три биографа уже были тесны. В мае 1913 местные жители узнали о том, что вскоре Камянское украсится еще одним большим и по архитектуре прекрасным домом биографа, который будет сооружен на месте сгоревшего дома Могилевского. «Место это уже заарендовано владельцами художественного театра Бучневым и Козицким. Дом будет достаточно высоким и фасадом выходить на базарную площадь, а сад его-в переулок в противоположную сторону. Это будет по счету в Камянском уже четвертый биограф. Дом рассчитан на тысячу мест ».

Панорама Камянского в начале XX векаДействительно, в следующем, 1914 году в Камянском открывается четвертый биограф, названный в стиле того времени, — «Ампир». «Проблемы зрителя» он тоже не имел.
Когда началась первая мировая война, дирекция Днепровского завода стала хлопотать перед Екатеринославской уездной комиссией (Камянское входило в Екатеринославский уезд) о разрешении проводить кинематографические сеансы, сбор с которых поступал бы в пользу семей лиц, призванных на военную службу. «Кинематографические сеансы устраиваются в домах заводской аудитории еженедельно по субботам, воскресеньям и понедельникам, — писали 3 октября 1914 «Отклик жизни».- учитывая благородную цель, инициированную дирекцией Днепровского завода, населения с. Камянского, надо надеяться, к этому делу отнесется с живым сочувствием и добросердечием». И хотя шла война, жизнь продолжалась. «Художественный театр» в октябре 1914 г приглашал на такие картины — «Ужасы войны в огне славянских бурь», комически «настроил, разместил и устроил» и научную «В царстве птиц». Художественный театр в те дни решил обогатить свою программу за счет приглашенных танцовщиков.

И после каждого сеанса картин выступала симпатичная балерина А. Пота и чина, которая пользовалась успехом у зрителя совместно со своим партнером артистом А. Петровским. В пятницу, 10 октября 1914 года, эти гастролеры преподнесли Камянской публике последние новинки танцев. К ним относились танго авторства В. Лольда, танец «Негритянка», музыка Турбан, показан живо и интересно. Соло протанцевал А. Петровский, который исполнил чечетку и сорвал гром аплодисментов. На бис гастролеры исполнили «кикану». Публика осталась довольна последними новинками танцев. Они сопровождались музыкой братьев Рульковських-Болеслава и Казимира. Вот так кинотеатр искал новые формы общения со зрителем. Как видим, внимания со стороны зрителей местным «биографам» хватало. Ибо если вновь сопоставлять театр и кино, сошлемся на мнение одной тогдашней дамы, утверждавшей — в кинематограф ходить во всех отношениях лучше: и дешевле, и скорее кончается, и одеваться не надо…

Первая мировая война позвала на фронт и молодых камянчан, работавших у местных кинематографов. В октябре 1916 г один из них, бывший машинист театра «Ампир» Яков Говоров направил в местную газету коротенькое письмо: «Отправляясь на фронт, посылаю приветствие и наилучшие пожелания служащим театров «Ампир» и «Художественный» и всем камянчанам».

В трудные времена владельцы местных «кинотеатров» проявляли гражданский долг. Об этом свидетельствует лист-благодарность, обнародованный в местной газете в апреле 1917 г. Камянское-всеобщее «попечительство по признанию беженцев» выносило благодарность за постановку картин в электротеатрах владельцам их Бучневу и Козицкому и владельцу «Аполло» — Беренс за показ фильмов, сбор с которых поступил в пользу детей-беженцев.

Кинематограф (Биоскоп) «Художественный» в Камянском считался одним из первых кинотеатров на Екатеринославщине. Открыт он был, как указано в к справочнику-петеводителю «Днепродзержинск» (1960), еще в конце XIX века. Большевики были большие специалисты по переименованию. Уже через полгода после Октябрьского переворота Совет народных комиссаров с Лениным во главе предложила до 1 мая 1918 снять памятники и побыстрее подготовить замену старых надписей, эмблем, названий улиц новыми, «которые отражали идеи и чувства революционной России». Если в Петрограде все это сделали незамедлительно, то в Украине отложилось на несколько лет, пока не смирили мятежную Украину. Поэтому «идейное название кинотеатра «Художественный» придумали только в начале 20-х годов — его переименовали в «Пролетарий». Именно «Пролетарий» в 1934 году первым в Камянском перешел от немого кино к звуковому. «В Камянском будет два звуковых кино, — писала 18 марта 1934 областная газета «Заря».

В Камянском сейчас проводится озвучивание большого городского государственного театра «Пролетарий». Украинфильм ассигновал на перестройку этого кино 20.000 рублей. К 1 мая трудящиеся Камянского имело два звуковых кино». После второй мировой войны «Пролетарий» получил название «Родина».

В том же справочнике пишется, что в годы первой мировой войны в Камянском был достроен Биоскоп «Амур». Не было у нас такого Биоскопа! Видимо, речь о «Ампир». Национализированный после Октябрьской революции, он достал благозвучным названием «Смычка».

Интересными воспоминаниями поделился коренной житель города Игорь Подзерко. Его дедушка Дионисий Усенко-Андрющенко (1889-1947) до революции работал в конторе Днепровского металлургического завода. А в двадцать лет, за нэпа подрабатывал в кинотеатре «Смычка». Фильмы были немые, поэтому их демонстрацию сопровождал пианист Бойдер, а Дионисий Усенко-Андрющенко играл на баяне и кларнете. Подрабатывая таким образом, собрал средства и смог построить дом на улице Красноармейской. В 1930-е годы его вместе с другими посадили в тюрьму, а потом он сидел и при немцах. С подорванным здоровьем умер в голодном 1947…
Именно в «Смычке» в конце 1934 года с большим успехом демонстрировался, как его уже тогда провозгласили, лучший советский фильм «Чапаев». «Количество ежедневных сеансов увеличено с 6 до 8, — сообщала 30 декабря 1934 «Заря».- За первые три дня картину посмотрело 18.000 человек».

После второй мировой войны «Смычка» переименован в кинотеатр «Слава». В 1949 году помещение кинотеатра было полностью реконструировано, а в 1957 году здесь начали демонстрировать широкоэкранные фильмы.

Жилые дома в начале XX века в Камянском
Жилые дома для рабочих завода Южно-Российского Днепровского Металлургического Товарищества Камянское, начало XX века

Блог им. 1st топик находится в черновиках А началось все с запорожского зимовника

Село Камянское (нынешний Днепродзержинск), пишет историк Дмитрий Яворницкий, издавна входило в вольности запорожских казаков. Но первая церковь, во имя Пресвятой Богородицы, построенная в нем не ранее второй половины XVIII века. В своей книге «Запорожье в остатках старины и преданиях народа» (1888) Яворницкий писал о селе Камянском, «названное за скалами, разбросанными против него у берега Днепра и расположенное против большого острова посреди Днепра, Слюсаревого».

Добросовестный кладоискатель казацкого прошлого Дмитрий Яворницкий описал реликвии казачества, которые еще столетие назад хранились в камянской церкви. Здесь, в частности, были подарены запорожскими старшинами серебряная чаша, напрестольный крест, серебряная гробница и шесть церковно-богослужебных книг. Яворницкий приводит интересные тексты на четырех из них. Все это свидетельствует о давних запорожских корнях Камянского.

Кстати, о самом названии. Существует версия, что село Камянское возникло от зимовника запорожца Камион. Следовательно основатель поселения дал название и самому селу. Есть сведения, что построение церкви здесь было начато в 1750 году. А 1782 года в Камянском уже насчитывалось более ста дворов и население до 1000 душ. А само село переименовано в казенную слободу.

Был или не был легендарный Камион, но правильно ставят вопрос жители города и его гости: почему бы не установить памятный знак в его честь? Ведь Рим украшает легенду о братьях-близнецах Ромула и Рема. В Киеве на набережной Днепра стоит великолепный знак в честь братьев Кия, Щека, Хорива и сестры их Лебидии. их тоже считают мифологическими фигурами, но памятник им поставлен. Итак, каждому городу, который себя уважает, не помешает иметь свою легенду и ее зрительный образ…

Село Камянское, возможно, так и оставалось бы рядовым селом, если бы не бурное экономическое развитие Приднепровья во второй половине XIX в. после сооружения в 1884 году Екатерининской железной дороги. В 1887 году из Праги-предместья Варшавы на берега Днепра переводят Южно-Русское Днепровское металлургическое общество. Акционерами его были бельгийские, польские и французские промышленники. В феврале 1889 года была введена в действие первая доменная печь завода и начали работать некоторые цеха. Сюда прибыло немало квалифицированных и неквалифицированных рабочих из Польши, других губерний Украины и России. С 1887 года по 1896 год население Камянского возросло с 2 до 18 тысяч человек.

Дом в селе Камянское. Фото XIX в.
Дом в селе Камянское. Фото XIX в.

Что представляло собой Камянское в начале XX века? Интересные сведения об этом находим в изданной в 1903 году книге «По Екатерининской железной дороге» (Выпуск 1). К тому времени село насчитывало более тысячи дворов при населении около 5 тысяч. В нагорной части села расположен почти обустроенный всеми удобствами поселок заводских служащих. Поселок утопал в зелени. Под горой содержалась оживленная торговая часть села, а за ней, вниз по реке, широко раскинулось само село, почти не задетое культурой.

Кроме положенных заводу просветительских и благотворительных заведений, в деревне в то время были: два книжных магазина, один музыкальный магазин, три магазина золотых и серебряных изделий, кондитерская, три аптекарских магазина, несколько «приличных магазинов мануфактурных, галантерейных и бакалейных». Кроме того, в селе была пароходная пристань и большая и хорошо организованная скотобойня.

На металлургическом заводе Южно-Русского Днепровского металлургического общества в 1901 году работало 6486 человек. К 1903 году число рабочих несколько упало и составило 6300 человек, работавших под руководством 27 инженеров, 11 техников и 31 монтеров и десятник. Для служащих и рабочих было две колонии. Все служащие имели бесплатные квартиры, но рабочие должны были платить от двух до четырех рублей в месяц. При этом количество квартир было в несколько раз меньше количества рабочих. Поэтому рабочие были вынуждены искать для себя жилье вне колонии.
Для служащих существовали зимний клуб и летний яхт-клуб, а для рабочих — народный дом с читальней, чайной. Были общественный сад, оркестры — струнный и духовой, три церкви — православная, католическая и лютеранская. Существовала хорошая больница на 75 коек, при ней два врача, пять фельдшеров, одна акушерка, аптека с бесплатным отпуском лекарств. В школе с пятилетним курсом обучения училось 800 учеников, при школе в семь учителей и шесть учительниц, учитель пения, музыки и гимнастики. Еще были заводской отель, два магазина потребительского общества заводских служащих, свободная пожарная дружина, которая имела свою звонницу, лошадей и огнетушащие снаряды. Заводской поселок, который насчитывал двести дворов, «является несомненно лучшей частью села».